Опыты. По Байкалу на коньках

Андрей Белавин работает в сфере продаж, а заработанные деньги тратит на путешествия по России. Ведет Instagram-блог, в котором рассказывает, почему внутренний туризм – это тоже круто. Отправился в зимний поход на Байкал, чтобы доказать себе, что не до конца сроднился с теплым офисным креслом и монитором.

 


Я шел по автомобильной дороге в направлении Сахюрты и с трудом верил в происходящее. Еще вчера я сидел на работе перед монитором, общался с потенциальными покупателями, а сейчас спину оттягивает новенький рюкзак на 85 литров, от Байкала меня отделяет десять километров, и мой первый в жизни поход стартовал.

Путешествие началось в аэропорту Иркутска. Хотя нет. Началось оно задолго до этого, еще в тот момент, когда я наткнулся на статью с ярким заголовком: «Байкал – самый большой каток на планете». Одна фраза поселила навязчивую мысль и предопределила знакомство с великим озером.

 

 

Самое глубокое озеро

 

У меня не было походного опыта, поэтому на первых порах затея пугала и казалась нереализуемой. Но чем больше я читал и смотрел фотографии, тем больше крепла уверенность, что я буду там. Во «Вконтакте» нашел пермскую тургруппу, которая планировала проехать на коньках по самым живописным местам Байкала, списался с инструктором группы и договорился, что присоединюсь к ним. Мне пообещали дать в аренду специальные коньки, палки и волокуши, поэтому оставалось только купить походный рюкзак и теплую одежду.

В результате путь до турбазы занял 22 часа. К берегу озера я добрался уже после захода солнца, вдыхая морозный воздух полной грудью. На базе познакомился с ребятами, с которыми предстояло прожить бок о бок 10 дней. Весь вечер пели песни под гитару и пили горячий чай. Встав пораньше, отправился встречать первый байкальский рассвет. Было холодно. Когда горы вдали окрасились в розовый, и на небо выскользнуло солнце, в голове замелькали мысли о завтраке и намеченном на сегодня выходе через Ольхонские ворота к великим просторам самого глубокого озера на планете.

После завтрака вышли на озеро, и я впервые за год встал на коньки. Потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к технике хода: движения здесь скорее напоминают лыжные, приходится отталкиваться палками, без которых ехать мешает ветер. Воодушевленные, мы помчали по проливу Ольхонские Ворота к основной акватории Байкала. По дороге слышали треск льда. Звук громкий и глухой. Когда он раздавался в непосредственной близости, становилось не по себе. Ближе к оконечности Малого Моря встретили полосы торос – нагромождений обломков льда, которые с одной стороны переливались в солнечных лучах как хрусталь, а с другой – играли всеми оттенками голубого цвета. Рядом с торосами попадались и широкие трещины во льду, где стояла открытая вода. В одну из таких едва не провалился Слава, чем многих здорово перепугал. Каждый год под лед Байкала уходит с десяток автомобилей. Вместе с провалившимися машинами ежегодно гибнут и люди. Мы уже слышали о подобных случаях, но в ходе похода услышим их еще не раз. Когда солнце спряталось за высоким скалистым берегом, похолодало – пришло время вернуться на базу.
 

 

«По дороге слышали треск льда. Звук громкий и глухой. Когда он раздавался в непосредственной близости, становилось не по себе»

 

От переживаний предыдущего дня плохо спал. За окном шел снег. На озеро мы вышли с рюкзаками, провиантом и волокушами: ожидался переход на новую базу. Первое время ехал на коньках, но карабин, к которому пристегнул волокушу, дергал за плечи, а наст тормозил движение. Пешком перемещаться оказалось гораздо комфортнее. Вскоре наша группа обогнула полуостров Удан-Хада, и на горизонте замаячили горы. Складывалось ощущение, будто до них минут 15-20 ходу, но головой понимаешь, что идти по меньшей мере километров 5.

Дальше наш курс пролегал между скалистыми островами Большой и Малый Тойнак. На первый решили подняться и оценить виды. На острове растет одно дерево и пара кустарников, встречаются фактурные обнажения пород и рукотворные «пирамидки». Названия островов происходит от бурятского «тойног», что означает «коленная чашечка». И правда, они выступают над поверхностью озера, как две коленные чашечки – с берега это станет отчетливо видно. Как только возобновили путь, усилился ветер, разыгрался снегопад. Когда очертания туристической базы стали хорошо различимы, горы устремились вверх и начали расти с удивительной скоростью. Мы вышли на берег и медленно пошли вверх по склону. 

У одной из девушек поднялась температура, многие устали, и общий настрой испортился вместе с погодой. В домике было холодно, дул сквозняк. Прогноз обещал, что снег затянется на несколько дней.
 

 

Место, где рождается самый мощный ветер Байкала

 

Вечером небо прояснилось, хотя еще недавно вершины гор утопали в облаках. Ночь выдалась звездная, но темная. Мы снова пели под гитару часов до трех, и наутро было тяжело просыпаться. В этот день мы отправились исследовать долину реки Сарма – место, где рождается самый мощный ветер Байкала. Через Хужир-Нугайский залив по дельте реки перешли в Сарминское ущелье. Там пели птицы, а лучи солнца играли на снегу – явственно ощущался приход весны. Я представил, как скоро в долине зажурчат ручьи, как вспыхнет буйство первой зелени, и на душе стало светло от мыслей, что природа просыпается. Само ущелье тесно зажато горами и прячется в тени, а замерзшая река образует ледяной желоб, по которому на коньках можно перемещаться с трудом – преодолевая многочисленные разломы и полыньи. Давно заметил, что примерно в середине путешествия наступает момент, когда испытываешь особую тоску по дому. Для некоторых этот момент настал, и на обратном пути ребята рассказывают о своих детях.

За ночь намело снега, и он продолжал падать крупными хлопьями, пока мы собирались в переход. Из-за снегопада с высоты базы не был виден Байкал. Ближе к полудню спустились на озеро и направились вдоль берега в сторону деревни Курма. На этот раз волокуша стала проблемой: она уже не скользила, как во время первого перехода, и ее приходилось с силой тащить за собой по снегу, который местами образовывал сугробы. Усилился ветер. Шли практически без остановок, а те остановки, которые были, стали совсем короткими – уже через минуту без движения замерзаешь. Часами не менялся пейзаж: идешь с закрытыми глазами, открываешь – перед тобой сплошная белая пелена – снегопад. И так до захода солнца. Уже в сумерках заселились в маленький двухэтажный дом. Позади 20 километров пути. Все устали и расстроены. Прогноз погоды неутешительный.

 

«Часами не менялся пейзаж: идешь с закрытыми глазами, открываешь – перед тобой сплошная белая пелена – снегопад. И так до захода солнца»

 

Ночью выл ветер. Я неоднократно просыпался – снилось что-то тревожное. После завтрака вышли на озеро и обрадовались: местами лед был чист от снега и стало возможным перемещаться на коньках. Солнце часто выглядывало из-за облаков и палило нещадно. Так, что до острова Ольтрек я доехал в толстовке, а до Огоя в одной футболке. Огой – крупнейший остров в Малом Море Байкала, и некоторые специально приезжают на озеро ради него, считая Огой местом силы. По расщелине мы поднялись на остров, и впереди, на самой высокой его точке, белым пятном замаячила буддийская ступа – Ступа Просветления. Мы устроили привал, попили чай и в хорошем настроении поднялись по склону. Сверху открылись завораживающие виды. Девочки принялись медитировать. В таких местах ощущаешь единение со всем окружающим и хочется это чувство забрать с собой.

От ступы спустились на озеро по пологому склону, обогнули остров с юга и дошли до знаменитого мыса Дракон – его западной оконечности. Острый мыс резко выдается вперед и выглядит эффектно. Скала так популярна у фотографов, что люди с камерами приезжают сюда поодиночке и группами, а в метрах от нее образуется парковка из автомобилей – сделать кадр без людей проблематично. От мыса двинулись к Ольтреку. Это небольшой скалистый остров, где, по легендам, раньше хоронили шаманов. Из-за вытянутой формы, напоминающей рептилию, его сравнивают с крокодилом, плывущим по озеру. Там мы поднялись на вершину, возвышающуюся над Байкалом метров на 30 и проводили отблески заката, разгоревшегося за горами. При спуске нашли сквозной грот, поросший сосульками и поползали в нем на животе. Возвращались на базу уже в темноте. Стало холодать, и под ногами затрещал лед, издавая звуки, похожие на выстрелы.
 

 

Снегопад

 

Снег шел всю ночь. Он шел и утром, пока мы завтракали, шел, когда выходили на озеро. Шел, когда шли мы, и впоследствии не прекращался целый день. Четверо из нашей группы не отправились в этот переход – нашли машину в соседней деревне и поехали на ней. Самые тяжелые вещи взяли с собой, чем здорово облегчили путь каждому. Вскоре после выхода, за снежной пеленой, точно мираж в пустыне, показался Замогой – таинственный остров, где когда-то последние дни доживали больные проказой. Вид цели впереди подстегивал, что помогло пройти первые 9 километров без остановок и в бодром темпе. Ребята устроили привал на торосах у острова, а я поднялся наверх. Подъем по безжизненному и занесенному снегом острову занял минут пять. На горе возвышался крест, из головы не выходил мотив песни «Наутилуса», и только ветер смог его заглушить. Он усилился на следующем отрезке пути и уже пронизывал насквозь. Мерзли руки, ныло колено. Из-за снегопада стало сложно ориентироваться и не покидало ощущение, что мы делаем крюк. В довесок, остров за спиной будто полз за нами, подобно камням в Долине Смерти, не желая уменьшаться в размерах. Когда приблизились к Ольхону, замаячили машины – параллельно острову проходит зимняя дорога. В безветренном месте отдохнули, подкрепились бутербродами и пустились в марш-бросок до Хужира. В поселок вошли во время заката. Позади осталось 30 километров пути и 8 часов в дороге. Единственным желанием осталось желание лечь и не вставать.
 

«Остров за спиной будто полз за нами, подобно камням в Долине Смерти, не желая уменьшаться в размерах»

 

Утром светило солнце. С крыши падали сосульки – капель. И это несмотря на мороз. Снег вкусно хрустел под ногами. Гуляли по поселку. Дошли и до мыса Бурхан – высокий берег мыса со скалой Шаманкой считают символом Байкала. Между тем в голове возникало все меньше внутренних диалогов на отвлеченные темы и все больше мыслей о происходящем здесь и сейчас. 

Вечером, когда пели под гитару, я ощутил острое желание остановить время, запечатлеть момент в памяти, чтобы иметь возможность иногда возвращаться в домик в Хужире к этим ребятам, к этим песням и чувству совместно пережитого приключения.

Новое утро началось с раннего подъема. Не было и семи, когда мы небольшой группой пробирались через лес навстречу новому дню. Мороз стоял такой, что пробирал до костей. Планировали встретить рассвет на горе высотой 666 метров, откуда открывается панорамный вид на остров и поселок. Когда добрались до места, небо уже вовсю полыхало. Во время подъема казалось невозможным успеть на вершину раньше появления солнца – так светло было, но это оказалось ошибкой. Пришлось еще долго мерзнуть, не спасали даже две пары носков. Небо неспешно переливалось из кораллового в желтый, из желтого в белый и только потом, залив все вокруг слепящим светом, показалось солнце и резко устремилось ввысь. Случился новый день.

В этот день мы взяли напрокат велосипеды и отправились рассекать на них по Байкалу. Ехать по льду оказалось даже комфортнее, чем по асфальту, скорость набиралась быстро, а холодный воздух обжигал лицо. За пару часов успели съездить до острова Харанцы, покататься по нему и вернуться обратно – чистый кайф! На закат пришли к мысу Бурхан, где проводить очередной день собираются десятки туристов. Когда солнце скрылось за цепью гор на горизонте, а люди стали расходиться, небо налилось оранжевым, и пейзажи с одинокими деревьями на его фоне будто переносили в далекую Африку. 

 

 

Слушать лед Байкала

 

Незадолго до полуночи пошли слушать лед Байкала. Дорогу до озера освещали налобными фонариками. Ярко светила луна, вырисовывая в ночной темноте заброшенные корабли у поселка. Глухой треск – дыхание озера – и бесконечное звездное небо над головой внушали суеверный трепет. От кораблей, несмотря на мороз, я в одиночестве пошел к Шаманке, чтобы поснимать ночные пейзажи. Величественный скалистый мыс был хорошо различим и вырастал изо льда, точно рог древнего ящера. Сверху открылся вид еще чудеснее – эту красоту сложно описать словами. Я стоял, вдыхал холодный воздух, слушал тишину и смотрел. А потом по Байкалу начали движение огни. Их свет качался на озере, словно корабль на волнах, который вскоре чудесным образом выплыл на берег и медленно двинулся вверх – это шли, освещая себе дорогу, Юра, Влада и Инна. Магический момент. Наша встреча у шаманских столбов подарила совместную дорогу на базу, уже без фонариков, под светом звезд и луны. Ночь закончилась песнями. 

 

«Скалистый мыс вырастал изо льда, точно рог древнего ящера»

 

Утром на Буханке поехали к мысу Хобой – северной оконечности острова Ольхон. К группе присоединилась Настя – смелая девушка из Владивостока, путешествующая по Байкалу в одиночку. По дороге встречали десятки, если не сотни туристов из Азии. Они селятся в Хужире и большими группами обследуют окрестности. Красивые ледяные гроты, разбросанные по ольхонскому берегу, им нравятся особенно. Настя сказала, что в каждой пещере здесь сидит по десять китайцев и была недалека от истины. Чем ближе приближались к Хобою, тем крупнее становились торосы, а у самого мыса, устремленного вверх в форме клыка, и вовсе попадались льдины величиной с легковой автомобиль. Пробираться через них оказалось непростым испытанием. Сразу за мысом заканчивается акватория Малого Моря и начинаются бескрайние просторы Байкала. От этого места озеро тянется еще на 300 км на северо-восток (какие масштабы!), и я побывал здесь. 300 км. Эти расстояния удивляют иностранцев, но так знакомы нам, с детства привыкшим к дальним перелетам, к поездкам на поезде длиной в несколько суток с редко меняющимся пейзажем за окном. 

Ловить уходящее солнце отправились к мысу Бурхан, где, как и вчера, собрались десятки людей. Мыс образует природный амфитеатр, зрители занимают места получше, чтобы полюбоваться завораживающим зрелищем, и в этом действе определенно присутствует сила – древняя, языческая. 

По дороге на базу меня остановил мальчик с клюшкой и коньками на плече, спросил может ли пройтись со мной. Разговорились. Уставшего после тренировки парня зовут Олег, учится в первом классе. На льду Байкала играет в хоккей и выступает за команду «Противники». На восьмой день рождения родители обещали подарить ему смартфон, если он будет хорошо учиться. На том и разошлись. 

Вечером был последний походный ужин, концерт местной самодеятельности с космической музыкой, напоминающей звуки байкальского льда, и разговоры о Млечном Пути, Тянь-Шане и Эльбрусе. Перед дорогой в Иркутск поспали часа три. Когда провожали ребят на поезд в Пермь, обнимались и желали друг другу всего наилучшего, я ощутил, как все путешествие становится очередным воспоминанием, набором образов, перестает быть реальностью – быть здесь и сейчас. Так закончился первый в моей жизни поход и закончилась самостоятельная история, полная впечатлений, сложностей, радостей, километров пути, музыки и взаимовыручки. С надеждой на повторную встречу подошло время прощаться с Байкалом. И сказать спасибо.
 

 

Must do на зимнем Байкале

 

    Попробовать омуля и бурятские позы (традиционное бурятское блюдо, местные манты).

    Взять в аренду велосипед и покататься по озеру.

    Полежать на озере под звездным небом и послушать треск байкальского льда (ночью из-за резкого перепада температур лед трещит по швам).

 

Как подготовиться к такому походу?

 

    Комфортным сезоном для зимнего похода на Байкал считается конец февраля-март. В апреле лед уже тает, а в январе-феврале температура опускается до экстремальных значений. Но владелец кафе на Хужире рекомендовал мне вернуться в январе, когда лед только встает. По его словам, тогда подо льдом видна плавающая рыба, а знаменитые гроты не разбиты толпами туристов.

    Год на год не приходится, и стоит быть готовым к тому, что лед будет покрыт снегом. Последние две зимы снегопады и оттепели случались часто, что приводило к налипанию снега на поверхность озера.

    Если ты не опытный походник или походница, я рекомендую найти группу с инструктором. Это избавит тебя от организационных трудностей и покупки экипировки, которая может тебе больше и не пригодиться. Даже в марте на Байкале случаются 40-градусные морозы: попасть в метель, заблудиться и замерзнуть или же провалиться в трещину можно запросто.

    Функциональная одежда для зимнего похода жизненно необходима. Во время физической активности тебе жарко даже в мороз, но чтобы замерзнуть на байкальском ветру, хватит и короткой остановки.

    Важно правильно подобрать обувь, так как придется передвигаться по льду и снегу продолжительное время. Подойдет влагостойкая обувь, выдерживающая -40 градусов, к которой возможно прикрепить коньки.

    В ясную погоду байкальское солнце, отражаясь от снега и льда, палит нещадно, поэтому тебе пригодятся балаклава и очки. Я ходил без них и месяц после похода надо мной смеялись друзья.

    Но главное, что помогло мне и поможет тебе – это большое желание и вера в себя.

 

Фото: Андрей Белавин

Тэги: Россия

ЛЮБИШЬ ПУТЕШЕСТВИЯ?

Подпишись на еженедельную рассылку!
Свежие идеи путешествий, содержательные гайды по городам мира, главные новости и акции с лучшими ценами на билеты.

Читай также

Комментарии (0)

Написать комментарий


Сейчас на главной

Показать больше Показать больше